Гипноз от тяги к сладкому: что на самом деле меняет внушение

«Днём я вменяемый человек, а в девять вечера шкаф открывает кто-то другой», – сказал мне Руслан, инженер сорока одного года. Он не переедал за обедом и не был голоден. Самое частое, что я слышу про гипноз от тяги к сладкому, – просьба «отключить» этот вечерний переключатель одним сеансом. Разберём, что внушение в этой точке действительно меняет, а что нет.

Гипноз от тяги к сладкому: что это за работа и на что она нацелена

Гипноз от тяги к сладкому – это работа в состоянии сосредоточенного внимания, в котором терапевт помогает человеку изменить привычную реакцию на желание съесть сладкое: заметить момент его появления, ослабить мысленный образ продукта и выбрать другое действие. Цель не в том, чтобы сладкое разонравилось, а в том, чтобы желание перестало автоматически переходить в еду.

Дальше я называю это внушением или гипнотерапией – здесь это про один и тот же инструмент. Важно сразу отделить его от трёх смежных вещей.

• Это не разовая процедура «от сладкого». Платные предложения вида «один сеанс, и аппетит на сладкое выключен» я подробно разобрал в материале про кодирование от еды: там про обещания и про то, что происходит, когда «код» перестаёт действовать.
• Это не метод снижения веса сам по себе. Тяга и вес связаны, но это разные мишени. Если интересует вес, начните с обзорной статьи гипноз для похудения: как работает и кому подходит.
• Это не только работа с терапевтом. Большая часть эффекта в исследованиях приходится на самостоятельную часть – короткие практики, которые человек делает сам. Протокол домашней работы с аппетитом разобран отдельно: самогипноз для контроля аппетита.

Мишень у этого инструмента узкая и конкретная: не «сила воли», не метаболизм и не состав продуктов, а промежуток между желанием и действием. Всё остальное – питание, сон, нагрузка, лечение расстройств настроения – остаётся на своих местах и никуда не исчезает.

Чем тяга к сладкому отличается от голода?

Это первое, что мы разделяем на приёме, потому что дальше всё зависит от ответа. Голод нарастает постепенно, не выбирает продукт и уходит после любой еды. Тяга появляется резко, точно знает, чего хочет, и не успокаивается, если съесть что-то другое. Человек, который «просто проголодался», съест суп. Человек, у которого тяга, съест суп и всё равно пойдёт за печеньем.

Четыре практических различия, по которым это видно без анализов:

• Скорость. Голод разворачивается десятками минут, тяга – за секунды, часто после конкретного сигнала: закрыли ноутбук, зашли на кухню, включили сериал.
• Адресность. При голоде подходит любая еда, при тяге – именно сладкое, иногда конкретный его вид.
• Поведение после. После еды по голоду наступает спокойствие, после тяги – часто досада и обещание «с понедельника».
• Связь с телом. Голод обычно сопровождается ощущениями в животе, тяга живёт в голове – как навязчивая картинка.

Есть и третий вариант, который нельзя путать с первыми двумя. Иногда резкое желание сладкого – это сигнал тела, а не привычки, и тогда работать нужно не с образами.

Отдельно скажу про потерю контроля. Если эпизоды выглядят как приступы с ощущением, что остановиться невозможно, со скрытностью и стыдом, – это другая история, и внушение там не первый шаг. Такие состояния разобраны в материале про гипнотерапию при компульсивном переедании, и начинать в этом случае нужно с врача.

Можно ли гипнозом убрать тягу к сладкому, если это зависимость?

Вопрос «можно ли гипнозом убрать тягу к сладкому» почти всегда идёт в паре с другим: «у меня же зависимость от сахара». Это самое распространённое убеждение в теме, и оно в нынешнем виде не подтверждается.

Обзор кембриджской группы, посвящённый состоянию доказательств по сахарной зависимости, сформулировал вывод прямо: данных в пользу зависимости от сахара у людей мало, а в опытах на животных поведение, похожее на зависимое, появляется только при прерывистом доступе к сладкому – то есть когда сладкое то запрещают, то разрешают [1]. Авторы отдельно подчёркивают: дело скорее в режиме доступа и в высокой привлекательности вкуса, чем в нейрохимическом действии самого сахара.

Практический вывод здесь важнее самой дискуссии. Если «зависимое» поведение появляется от прерывистого доступа, то жёсткий запрет сладкого не лечит тягу, а воспроизводит условия, в которых она усиливается. На приёме я вижу это почти каждую неделю: чем строже человек запретил себе сахар, тем драматичнее выглядят его вечера.

Комментарий врача: тяга к сладкому – это не признак слабости и не химическая ловушка. Это выученная связка «сигнал – образ – действие», а выученное можно переучить.

Про количество сахара как таковое ориентир есть, и он не про запрет. Рекомендация Всемирной организации здравоохранения – снизить долю свободных сахаров ниже 10 процентов суточной энергии, а дополнительная польза ожидается при снижении ниже 5 процентов [2]. Это рамка для рациона, а не приговор отдельному продукту: разница между «меньше 10 процентов» и «ни грамма» для поведения огромная.

Почему внушение вообще действует на тягу?

Самое полезное объяснение тяги даёт теория проработанного вторжения (англ. elaborated intrusion theory of desire). По ней желание разворачивается в два такта. Сначала в голову приходит непроизвольная мысль о продукте – вторжение. Потом человек её разрабатывает: представляет вкус, хруст, запах, то, как разворачивает упаковку. Именно второй такт превращает мелькнувшую мысль в мучительную тягу, и он держится на мысленных образах.

Здесь и находится точка приложения внушения. Если образ – рабочий материал тяги, то занять ту же систему другим образом значит лишить тягу топлива. Это проверяли напрямую: в трёх опытах с участием девяноста, девяноста и девяноста шести женщин задания на зрительное и обонятельное воображение снижали тягу к еде и к шоколаду сильнее, чем задание на слуховое воображение [3]. Работала не «отвлечённость вообще», а совпадение по каналу: образ вытесняется образом той же природы.

Гипнотерапия пользуется этим же свойством, только организованно. В состоянии сосредоточенного внимания образы ярче и управляемее, поэтому внушение может делать три вещи:

• Ослаблять картинку. Образ продукта делают тусклым, мелким, отодвинутым – и тяга теряет силу вместе с яркостью.
• Занимать канал. Вместо образа еды в ту же систему ставят другой подробный образ, часто телесный: дыхание, вес стоп, прохлада воды.
• Переписывать автоматизм. На знакомый сигнал (закрытый ноутбук, свет кухни) заранее подвешивают другое первое действие.

Комментарий врача: мы не отнимаем у вас сладкое, мы возвращаем вам паузу. Это не потеря контроля, а его возврат – только контроль появляется не в виде запрета, а в виде выбора.

Тетрис вместо шоколада: эксперимент, который объясняет механизм

Самый наглядный опыт в этой области выглядит почти несерьёзно. Группа из Плимутского университета под руководством Джеки Андрейд решила проверить, что будет, если занять зрительное воображение человека чем-то совершенно посторонним – видеоигрой. Тридцать один студент неделю носил с собой плеер и семь раз в день по сигналу отмечал, чего ему хочется и насколько сильно. Половина участников после отметки играла три минуты в тетрис и оценивала тягу заново.

Результат оказался не про еду и не про игру. Тяга слабела во всех категориях сразу – к еде и напиткам, к алкоголю, никотину и кофеину, к занятиям вроде спорта или игр. Средняя величина снижения составила 13,9 пункта по стопунктовой шкале, и эффект держался всю неделю [4]. Skorka-Brown и соавторы объяснили это тем же механизмом: тетрис занимает зрительную рабочую память, а без неё тяга не достраивается до мучительной.

Вывод, который я беру из этого опыта на приём: тяга конкурирует за ресурс, а не ломает волю. Если её можно сбить трёхминутной игрой в фигурки, то вопрос не в характере человека, а в том, чем занята его голова в эту конкретную минуту.

Оговорю ограничения честно, потому что без них картинка получается слишком красивой. В исследовании участвовали тридцать один человек, это мало. Величина эффекта была небольшой, снижение измерялось в моменте, а не через сутки, и работу делала одна лаборатория – независимые повторения в полевых условиях пока единичны. Я отношу этот результат к убедительным, но требующим подтверждения: он хорошо объясняет механизм и плохо годится как обещание.

Что показывают исследования про тягу, а не про вес

Большинство статей о гипнозе и еде цитируют работы про килограммы. Про саму тягу данных меньше, они аккуратнее и выглядят скромнее. Разница принципиальная: вес – отдалённый результат десятков решений, а тяга – событие, которое можно измерить здесь и сейчас, по шкале, в конкретную минуту.

Поэтому и методики исследований у них разные. Тягу изучают в коротких экспериментах: её искусственно вызывают – голодом, видом шоколада, подробным описанием еды, – затем дают человеку задание и смотрят, что стало с силой желания. Это честный способ проверить механизм и очень слабый способ что-либо обещать на годы. Ниже я собрал ключевые работы, включая те, где эффекта не нашли, – без них картина получается рекламной.

Если свести это в одну фразу: работа с образами надёжно снижает силу тяги в моменте и гораздо хуже справляется с её частотой и с тем, сколько человек в итоге съест. Метаанализ 2025 года показал это прямо: сила тяги уменьшилась (g = 0,28), а частота её появления между группами не различалась [5]. Эксперимент Schumacher и соавторов добавляет к этому самую неудобную деталь: тяга субъективно слабела, а шоколада участники съедали столько же [6].

Выделяется из этого ряда только одна работа – тренинг функциональных образов (англ. Functional Imagery Training). Это не гипноз, но метод из того же семейства: человека учат привычно использовать подробные личные образы цели. В исследовании 2019 года участники этой группы потеряли 4,11 кг за полгода против 0,74 кг в группе мотивационного интервью, а к году разрыв увеличился до 6,44 кг против 0,67 кг [7]. Важная деталь: никакого обучения питанию ни одна группа не получала – работали только с образами и планированием.

О гипнозе в узком смысле данных по тяге почти нет. Ближайшая по смыслу работа – французское исследование HYPNODIET, где восемь сеансов эриксоновского гипноза с обучением самогипнозу добавляли к стандартному обучению питанию. Расторможенность пищевого поведения снизилась отчётливо, у 67,7 процента участников она нормализовалась против 11,1 процента в контроле, а вот разница по весу (1,8 кг) достоверности не достигла [8]. Подробнее эти цифры разобраны в статье про изменение пищевых привычек с помощью гипноза.

Что я вижу на приёме

За годы практики через мой приём прошло больше двух тысяч человек с жалобами на пищевое поведение, и тяга именно к сладкому была главной жалобой примерно у каждого третьего. Это клиническое наблюдение, а не исследование: оценка по обращениям за весь период работы, без систематического протокола и без контрольной группы.

Три вещи повторяются почти всегда. Первая: тяга приходит по расписанию, а не по случаю. Когда человек ведёт дневник хотя бы неделю, у вечерних эпизодов обнаруживается окно в полтора-два часа, одно и то же.

Вторая: сигнал почти никогда не пищевой. Это конец рабочего дня, тишина после того, как уснули дети, определённый стул на кухне. Еда не причина, а финал последовательности.

Третья: к моменту визита человек уже пробовал запрет и проиграл. И проиграл он не характером – он просто воспроизвёл те самые условия прерывистого доступа, в которых тяга растёт.

Эту логику наглядно разбирают в коротком видео ниже: там про то, чем пищевая тяга отличается от привычного голода и почему работа идёт не с продуктом, а с реакцией на него.

Случай из практики: Руслан, 41 год

Вернусь к Руслану из начала статьи. Имя и детали изменены.

• Запрос. «Отключить» вечернюю тягу к сладкому. Дважды в год уходил в полный запрет сахара, держался три-четыре недели, потом возвращался к прежнему объёму и добавлял к нему досаду.
• Что выяснили. Дневник за восемь дней показал окно с 20:40 до 22:10 и один устойчивый сигнал – момент, когда он закрывал рабочий ноутбук. Голода в этих эпизодах не было: обед и ужин на месте.
• Что делали. Шесть сеансов. Первые два – работа с образом продукта: яркую картинку витрины учились делать тусклой и далёкой. Дальше – подвешивание другого первого действия на сигнал «ноутбук закрыт». Параллельно сняли запрет: сладкое вернулось в рацион как плановая небольшая порция, а не как нарушение.
• Результат. Через два месяца эпизоды остались, но стали короче и перестали заканчиваться перееданием. По его дневнику: из 14 вечеров с тягой в еду перешли 4.
• Вывод. Это клинический случай, а не доказательство эффективности самого гипноза: одновременно менялись режим питания, отношение к запрету и сон. Переключатель, который он просил отключить, так и не отключился – изменилось то, что происходит после его щелчка.

Мини-практика: 90 секунд в момент тяги

Это то, что я даю почти всем, и то, что работает без терапевта. Практика построена на занятии зрительного канала – ровно на том механизме, который разбирали выше. Она не заменяет лечения расстройств пищевого поведения и не отменяет назначений врача.

Важная оговорка про ожидания. В опытах эффект таких заданий чётко виден во время самого задания и хуже прослеживается после него [9]. То есть 90 секунд – это инструмент для конкретной минуты, а не процедура, которая настраивает вечер целиком. Повторяемость здесь важнее силы.

Отдельно про то, чего в этой практике сознательно нет. В ней нет уговоров и аргументов («сахар вредит зубам», «потом будет тяжело»): спорить с тягой в момент её пика бесполезно, она не на доводах держится. Нет и попытки вызвать отвращение к продукту – такие внушения дают быстрый результат и возвращают человека через два-три месяца с тем же запросом и ощущением поломки. Остаётся только одно действие: занять канал и дождаться звонка.

Дальше – про то, как этот инструмент выглядит рядом с остальными. Выбор здесь не «или-или»: почти все перечисленные способы сочетаются друг с другом, и на приёме чаще всего работает связка из двух-трёх, а не один «главный» метод.

На приёме я вижу очень разные ответы на один вопрос – любопытно, как это выглядит у читателей. Что в вашем случае чаще запускает желание сладкого?

Что чаще всего запускает у вас желание сладкого?

• Конец рабочего дня или вечерняя тишина
• Стресс и сильные эмоции
• Вид или запах сладкого рядом
• Длительный перерыв в еде

Просмотреть результаты

 Загрузка ...

Чем гипноз отличается от других способов снизить тягу

Короткий ответ: гипноз и самогипноз работают с образом и с автоматической реакцией, лекарства – с сигналами голода и насыщения, поведенческая терапия – с условиями и привычками. Это разные уровни, и сильнее всего они действуют вместе.

Сравнивать их «по силе» в одном столбике нельзя, и я специально не ставлю рядом проценты и килограммы из разных работ. Одни исследования измеряли силу тяги по шкале сразу после задания, другие – вес через полгода, третьи – результаты опросников контроля над едой. Это разные вопросы к разным людям в разных условиях.

Поэтому в таблице ниже четыре колонки, а не рейтинг: на что способ действует, что про него показывают данные и чего он не делает. Последняя колонка на приёме оказывается самой полезной – именно из-за неверных ожиданий люди бросают работающий инструмент через две недели.

Про лекарства уточню, потому что этот вопрос теперь задают почти все. В двухлетнем наблюдении в рамках программы исследований семаглутида показатели контроля над едой и тяги к сладкому улучшались на 20-й и 52-й неделе, а к 104-й неделе разница с плацебо именно по сладкому уже не сохранялась [10]. Это ровно та точка, где поведенческие инструменты становятся важны: пока лекарство приглушает сигнал, есть время переучить реакцию.

И ещё одно сопоставление, которое нельзя делать напрямую. Снижение тяги на 13,9 пункта из полевого наблюдения и величина эффекта g = 0,28 из метаанализа – это разные вещи: в первом случае измеряли мгновенное изменение силы тяги по шкале, во втором усредняли стандартизированную разницу между группами по разным опросникам. Сравнивать эти числа между собой нельзя, они отвечают на разные вопросы.

Почему я перестал начинать с запретов

Первые годы практики я действовал иначе. Внушение строилось вокруг отвращения: сладкое предлагалось связать с чем-то неприятным, а рацион – очистить от него полностью. Эффект был быстрым и недолгим. Люди возвращались через два-три месяца с тем же запросом и с ощущением, что сломались.

Переломило меня не исследование, а однообразие дневников. Срыв почти всегда приходился на четвёртую-шестую неделю запрета, и выглядел он не как слабость, а как закономерность. Позже я увидел ту же логику в данных: похожее на зависимое поведение в опытах возникало именно при прерывистом доступе к сладкому [1]. Запрет создаёт прерывистость, прерывистость усиливает тягу, усиленная тяга ломает запрет.

Сейчас я почти никогда не начинаю с «уберите сладкое». Сначала – предсказуемость: сладкое остаётся в рационе плановой порцией, в известное время, без ореола нарушения. Только после этого есть смысл работать с образами и реакцией. Звучит менее героично, держится дольше.

Когда внушение не помогает

Это нужно сказать до того, как человек потратит время и деньги. Есть ситуации, в которых работа с образами тяги не даст результата, пока не решено что-то другое.

• Недосып. При коротком сне тяга к сладкому растёт по физиологическим причинам, и переучивать реакцию бессмысленно, пока человек спит по пять часов.
• Жёсткое ограничение калорий. На выраженном дефиците тяга усиливается у большинства людей. Сначала режим питания, потом работа с образами.
• Нелеченая депрессия или тревожное расстройство. Сладкое здесь часто выполняет функцию регуляции состояния; убирать функцию, не заменив её, нельзя.
• Расстройство пищевого поведения. При приступообразном переедании, компенсаторном поведении, выраженном стыде вокруг еды нужна специализированная помощь, а не работа с яркостью картинки.
• Ожидание разового результата. Если человек рассчитывает на один сеанс и не планирует ежедневной короткой практики, эффекта почти не бывает: в исследованиях работает регулярность, а не глубина погружения.

Отдельно – про низкую внушаемость. Люди различаются по тому, насколько легко входят в гипнотическое состояние, и у части людей гипнотические процедуры не дают выраженного отклика. Это не дефект характера и не повод отказываться от всего остального: приёмы вроде децентрирования и зрительной нагрузки не требуют высокой внушаемости и работают независимо от неё.

Частые ошибки

Это пять ошибок, которые чаще всего приводят ко мне людей со словами «я уже пробовал, не помогает».

1. Начинать с полного запрета сладкого. Почему так делают: кажется логичным убрать источник проблемы. Что происходит: появляется прерывистый доступ, и тяга усиливается. Как правильно: сначала сделать сладкое предсказуемым – плановая порция в известное время.
2. Ждать, что исчезнет само желание. Почему так делают: так обещает реклама. Что происходит: желание появляется, человек считает это провалом и срывается. Как правильно: цель – промежуток между желанием и действием, а не отсутствие желания.
3. Делать практику только в момент отчаяния. Почему так делают: кажется, что инструмент нужен лишь в кризис. Что происходит: навык не формируется, в сильной тяге не срабатывает. Как правильно: короткая практика ежедневно, в том числе в спокойные дни.
4. Путать тягу с голодом и «перебивать» её белком. Почему так делают: совет популярный и для голода верный. Что происходит: человек ест дважды – сначала «правильное», потом сладкое. Как правильно: сначала определить, что это за состояние (таблица выше), и действовать по нему.
5. Работать с тягой, игнорируя сон и дефицит калорий. Почему так делают: тяга выглядит психологической проблемой. Что происходит: любые приёмы дают нулевой эффект на фоне физиологии. Как правильно: сон и адекватный рацион – условие, а не дополнение.

Кому подходит, а кому нет

Подходит, если:

• тяга к сладкому появляется в предсказуемых ситуациях и привязана к сигналам, а не к голоду;
• вес и питание в целом под контролем, мешает именно эпизодическая тяга;
• есть готовность делать короткую практику ежедневно хотя бы месяц;
• уже понятно, что запреты в вашем случае дают обратный результат;
• сон и рацион достаточны, то есть физиологических усилителей тяги нет.

Комментарий врача: я почти никогда не отказываю из-за самой тяги. Отказываю, когда под ней лежит то, что нужно лечить раньше.

Не подходит или подождёт, если:

• есть приступы переедания с потерей контроля, скрытность, компенсаторное поведение;
• не леченное расстройство настроения или тревожное расстройство;
• выраженный дефицит сна или жёсткая диета прямо сейчас;
• ожидание разового результата без домашней работы;
• резкие эпизоды желания сладкого сопровождаются дрожью, потливостью, спутанностью – это сначала к врачу.

Когда обратиться к врачу

Есть ситуации, где работа с тягой не главное. Если резкое желание сладкого приходит вместе с дрожью, потливостью, сердцебиением и туманом в голове, не относитесь к этому как к привычке: съешьте что-то сладкое и измерьте глюкозу, а если состояние не проходит в течение 10-15 минут после еды – вызывайте скорую помощь. Такие эпизоды могут быть проявлением низкого уровня глюкозы и требуют обследования, а не практик.

Запишитесь к врачу в плановом порядке, если:

• эпизоды переедания происходят регулярно и сопровождаются ощущением, что остановиться невозможно;
• вокруг еды много стыда, вы скрываете её от близких, едите ночью;
• после эпизодов есть компенсаторное поведение – вызывание рвоты, голодание, изматывающие тренировки;
• тяга к сладкому появилась или резко усилилась на фоне нового лекарства, беременности, изменения веса без причины;
• вместе с тягой есть сниженное настроение, потеря интереса, нарушения сна дольше двух недель.

Это не повод для тревоги, а повод для обследования: часть таких случаев решается на уровне режима и анализов.

Деталь, которая в этих цифрах прячется, важнее самих цифр: все приведённые величины относятся к силе тяги в моменте. Ни одна из работ не обещает, что желание сладкого перестанет приходить, – и это нормальный рабочий результат, если цель сформулирована правильно.

Коротко о главном

• Гипноз от тяги к сладкому не убирает желание сладкого – он работает с яркостью мысленного образа и с автоматической реакцией на сигнал.
• Тяга отличается от голода скоростью, адресностью и тем, что живёт в голове, а не в животе; третий вариант – резкое желание сладкого с дрожью и потливостью – это к врачу.
• Доказательств зависимости от сахара у людей мало; похожее на зависимое поведение в опытах возникает при прерывистом доступе, то есть при чередовании запрета и разрешения.
• Приёмы на основе образов снижают силу тяги умеренно: в метаанализе 24 работ g = 0,28, при этом частота тяги не изменилась, а достоверность доказательств низкая.
• Три минуты тетриса в полевом наблюдении снижали тягу на 13,9 пункта – это про конкуренцию за рабочую память, а не про силу воли.
• Самый сильный результат в этом семействе методов дал тренинг функциональных образов: 4,11 кг против 0,74 кг за полгода в сравнении с мотивационным интервью.
• Внушение не поможет, пока есть недосып, жёсткий дефицит калорий, нелеченая депрессия или расстройство пищевого поведения.
• Практический минимум – 90 секунд в момент тяги каждый день; регулярность важнее силы отдельного сеанса.

Что читать дальше

• Гипноз от переедания и эмоционального голода – если сладкое чаще всего идёт в ход на эмоциях, а не по сигналу.
• Психологические причины лишнего веса и роль гипнотерапии – шаг назад от тяги к тому, что за ней стоит.

Частые вопросы

Источники

1. Westwater M. L., Fletcher P. C., Ziauddeen H. Sugar addiction: the state of the science (рус. «Сахарная зависимость: состояние научных данных»). European Journal of Nutrition, 2016. PMID: 27372453. DOI: 10.1007/s00394-016-1229-6
2. Guideline: Sugars intake for adults and children (рус. «Руководство: потребление сахаров взрослыми и детьми»). World Health Organization, Geneva, 2015. ISBN 978-92-4-154902-8
3. Kemps E., Tiggemann M. Modality-specific imagery reduces cravings for food: an application of the elaborated intrusion theory of desire to food craving (рус. «Образы определённой модальности снижают тягу к еде»). Journal of Experimental Psychology: Applied, 2007. PMID: 17535134. DOI: 10.1037/1076-898X.13.2.95
4. Skorka-Brown J., Andrade J., Whalley B., May J. Playing Tetris decreases drug and other cravings in real world settings (рус. «Игра в тетрис снижает тягу к веществам и другим объектам в реальных условиях»). Addictive Behaviors, 2015. PMID: 26275843. DOI: 10.1016/j.addbeh.2015.07.020
5. Allameh S. A., Mokhtari Z., Hosseini E., Askari G. Effects of mindfulness-based interventions on food craving in adults: a systematic review and meta-analysis of controlled clinical trials (рус. «Влияние практик осознанности на пищевую тягу у взрослых: систематический обзор и метаанализ»). BMC Psychology, 2025. PMID: 40999532. DOI: 10.1186/s40359-025-03307-6
6. Schumacher S., Kemps E., Tiggemann M. Acceptance- and imagery-based strategies can reduce chocolate cravings: A test of the elaborated-intrusion theory of desire (рус. «Стратегии принятия и работы с образами снижают тягу к шоколаду»). Appetite, 2017. PMID: 28196711. DOI: 10.1016/j.appet.2017.02.012
7. Solbrig L., Whalley B., Kavanagh D. J. и соавт. Functional imagery training versus motivational interviewing for weight loss: a randomised controlled trial of brief individual interventions for overweight and obesity (рус. «Тренинг функциональных образов против мотивационного интервью для снижения веса»). International Journal of Obesity, 2019. PMID: 30185920. DOI: 10.1038/s41366-018-0122-1
8. Delestre F., Lehéricey G., Estellat C. и соавт. Hypnosis reduces food impulsivity in patients with obesity and high levels of disinhibition: HYPNODIET randomized controlled clinical trial (рус. «Гипноз снижает пищевую импульсивность у пациентов с ожирением и высокой расторможенностью: исследование HYPNODIET»). The American Journal of Clinical Nutrition, 2022. PMID: 35170724. DOI: 10.1093/ajcn/nqac046
9. Hamilton J., Fawson S., May J., Andrade J., Kavanagh D. J. Brief guided imagery and body scanning interventions reduce food cravings (рус. «Короткие практики направленного воображения и сканирования тела снижают пищевую тягу»). Appetite, 2013. PMID: 23962401. DOI: 10.1016/j.appet.2013.08.005
10. Wharton S., Batterham R. L., Bhatta M. и соавт. Two-year effect of semaglutide 2.4 mg on control of eating in adults with overweight/obesity: STEP 5 (рус. «Двухлетнее влияние семаглутида 2,4 мг на контроль над едой: STEP 5»). Obesity, 2023. PMID: 36655300. DOI: 10.1002/oby.23673
11. Клинические рекомендации «Ожирение». Министерство здравоохранения Российской Федерации, 2024. Рубрикатор клинических рекомендаций, ID 28_3

Автор

Стрельчук Владимир Михайлович

Стрельчук Владимир Михайлович — врач-психотерапевт, психиатр, специалист по гипнотерапии, коррекции пищевого поведения и лечению пищевой зависимости, врач-диетолог. Стаж работы — 28 лет. Выпускник Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова, прошёл ординатуру … по психотерапии в СПбМАПО. Специализируется на психотерапии избыточного веса и работе с зависимым поведением.

Ключевые компетенции

• Гипнотерапия пищевой зависимости и коррекция пищевого поведения
• Психотерапия избыточного веса, работа с эмоциональным перееданием и срывами
• Когнитивно-поведенческая гипнотерапия (Hypno-CBT), интеграция гипноза и КПТ
• Логотерапия и работа с глубинными автоматизмами пищевого поведения
• Комплексная психотерапевтическая поддержка устойчивого снижения веса

Образование и обучение

Окончил Военно-медицинскую академию им. С. М. Кирова по направлениям клинической психологии и психофизиологии. Прошёл ординатуру по психотерапии в Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования (СПбМАПО).

Зарубежное обучение по гипнотерапии:

• The UK College of Hypnosis & Hypnotherapy (Лондон, Великобритания) — когнитивно-поведенческая гипнотерапия Hypno-CBT
• HypnoTC — The Hypnotherapy Training Company (Лондон, Великобритания)
• Hypnotherapy Academy of America (Альбукерке, Нью-Мексико, США) — клиническая гипнотерапия

Достижения и опыт

28 лет клинической практики, из которых последние 20 лет специализируется на психотерапии избыточного веса и пищевой зависимости. Многолетний опыт работы с зависимым поведением — от помощи пациентам с тяжёлыми формами зависимостей до специализированной психотерапевтической поддержки людей, страдающих перееданием и нарушениями пищевого поведения.

Владимир Михайлович применяет в практике гипнотерапию, когнитивно-поведенческую психотерапию и логотерапию. Его работа помогает пациентам не просто снижать вес, а менять отношение к еде, телу, стрессу и собственным привычкам, преодолевая пищевую зависимость на глубинном уровне.

Аккредитация

Свидетельство об аккредитации специалиста № 7725 033189552. Сведения о специалисте ведутся в государственном реестре ФРМР ЕГИСЗ: https://lkmr.egisz.rosminzdrav.ru

Показать полностью